Театр кукол – особенный мир. Здесь нужно верить: веревка, варежка, мочалка или зубная щетка – это личность, со своими переживаниями и эмоциями. Здесь рождаются сказки. Здесь происходят самые невероятные чудеса.

Главный режиссер театра кукол Александр Борок рассказал о поисках литературного и драматургического материала для постановок, особенностях подготовки кукольного спектакля, о том, чем иногда грешат артисты и в каком театре работает самый культурный обозреватель Южного Урала.

Предлагаем вашему вниманию вторую часть состоявшейся беседы.

 

Часть 2

 

– Есть ли универсальные куклы, которые работают из спектакля в спектакль? Или каждый спектакль требует своего решения образа и характера?

– Довольно интересный вопрос, я его часто слышу. Да, в драматических театрах, как правило, существует некая труппа, которая играет разные роли, и может сложиться впечатление, что у нас тоже есть некая труппа кукол, которая задействована в различных постановках. Признаюсь, такого нет! Мы для каждого спектакля делаем отдельных кукол, и они уникальны. Это обусловлено выбранной для конкретной постановки системой кукол. И таких систем существует целое множество, даже пальцев двух рук не хватит их перечислить! К тому же это обусловлено и замыслом режиссера и художника. Поэтому под конкретную постановку куклы делаются свои.

 

– Сразу вспоминается Эмилия Культурица, которая участвует не только в спектакле «Сон Джульетты», но и снимается в телепередаче, ведет репортажи. Как вы отпустили такую колоритную даму на телевидение?

– А мы так же, как и любой другой театр, артистов отпускаем на съемки: «Всегда пожалуйста!» Куклы, как и артисты, могут свободно участвовать в телевизионных проектах, тем самым они способствуют развитию имиджа и известности театра кукол. Лично я только «за», чтобы это происходило.

 

– Глядя очередной репортаж от Эмилии Культурицы, невольно вспоминаешь «Сон Джульетты»…

– Да, у тех, кто видел спектакль, часто возникает подобная ассоциация. К сожалению, на сцене ДК ЧЭРЗ мы не можем играть этот спектакль из-за технических сложностей. Но когда вернемся на родную сцену, обязательно его восстановим. Поэтому пусть Эмилия пока снимается в телепередаче и тем самым рекламирует наш театр.

 

– Как вам удается находить литературный или драматургический материал, содержащий тему, цепляющую идейно и эмоционально?

– Если честно, то специально я не ищу литературу, которая бы цепляла. Я просто очень много читаю. Так получается. В работу берется тот материал, который цепляет меня, который мне интересен, или то, что интересует приглашенных постановщиков, ведь я не один в театре ставлю спектакли. Мы стараемся сотрудничать с режиссерами и художниками из разных городов, чтобы не создавать ситуацию, когда актерам из года в год безнадежно приходится работать с одним режиссером (смеется). Если бы я был актером, я бы стонал от одного постановщика!

 

Александр Борок

 

Таким образом, все находится само. Просто я стараюсь читать как можно больше литературы не абы какой, а конкретной направленности. Я стараюсь слушать выпуски передач о литературе, находить информацию о книгах, потом – читать сами книги. Естественно, мысленно примеряю прочитанный материал на наш театр. Что-то сразу отметаю, что-то, наоборот, выстреливает. Иногда произведение сильно расхвалят, а я читаю его и понимаю, что из этого спектакль, скорее всего, не получится.

Все упирается в чтение. Чтение не только самой литературы, но и о литературе. Есть замечательные коллекции литературных передач на телевидении, на YouTube-каналах, на специализированных сайтах! Одним словом, источников информации много.

 

Александр Борок

 

– Да, источников много. К тому же есть драматургические конкурсы. Вы следите мимоходом за их лонг-листами и шорт-листами?

– Мимоходом – это очень правильное слово в данной ситуации… Чаще всего эти пьесы созданы не для театра кукол, а для драматических театров. Они сами по себе хороши, не спорю.

Если бы наш репертуар состоял только из взрослых спектаклей, то, наверное, мы бы могли позволить себе взять какую-то из пьес в работу. Но у нас из четырех премьерных спектаклей в год всего один взрослый, поэтому никак не получается брать за основу данную драматургию.

Да, я знаю, что среди современных пьес есть хорошие пьесы для детей. Но пока я не нашел ту, которая бы на 100% подошла для нашего театра. Может быть, дело не в пьесах, может быть, дело во мне (смеется). Скорее всего, я плохо искал. И кто знает, возможно, однажды отличный материал попадется мне на глаза.

 

– Какие особенности есть в подготовке кукольного спектакля, если сравнить с подготовкой обычного спектакля, где актеры – люди?

– Во-первых, для каждого спектакля, как мы уже говорили, создаются свои куклы. Во-вторых, если для драматического спектакля художник придумывает костюмы, то в кукольном спектакле, помимо костюмов, придумываются маски для каждого персонажа. Конечно, бывает, что для одного персонажа делается несколько кукол. Но чаще всего это одна кукла и одна маска, то есть одно замершее выражение лица. И оно должно быть универсальным, оно должно подходить под различные ситуации. Поэтому работа художника в кукольном спектакле невероятно сложна! Естественно, художник отталкивается от специфики материала, от жанра постановки. Только представьте, если он сделает улыбающуюся куклу в трагическом спектакле или наоборот, печальную куклу в комедии – это же сразу будет бросаться в глаза и смотреться неестественно!

Таким образом, основная работа в подготовке кукольного спектакля происходит над поиском образов, потому что это один из самых сложных моментов. А когда находятся образы, вокруг них придумывается все остальное: и декорации, и костюмы.

Кстати, замечу одну деталь: хоть для каждого спектакля и создаются свои куклы, но актеры-то у нас одни. Иногда художнику приходится отталкиваться от того, какой актер будет играть определенную роль. Бывает и такое.

 

– Действительно, голос куклы идет от актера. Именно актер выбирает тембр, интонацию… Это же составная часть образа.

– Конечно (улыбается)! Но здесь важно сказать еще об одной детали. Артисты театра кукол иногда грешат, разговаривая так называемыми кукольными голосами. Это набивший оскомину штамп. Мы стараемся уходить от этого, избегать подобного приема, потому что естественный голос имеет богатую палитру звучания. Если же актер «садится» на определенный говорок, используя определенную манерку, то тем самым он ограничивает себя, к сожалению.

 

– Как вы считаете, способы работы у драматического актера и актера театра кукол разные?

 Нет, способы работы абсолютно идентичные. Только инструменты разные. Ведь драматический актер транслирует мысль и эмоцию через свое тело. А в нашем театре у актера есть кукла, с помощью которой он доносит до зрителя смыслы, глядя на маску и ситуацию, в которой находится. Принцип работы один и тот же, просто в драматическом театре инструментом выступает тело актера, а здесь – кукла.

 

Александр Борок. Фото: Марат Муллыев

 

– Когда драматический актер выходит на сцену, все внимание зрителей устремляется на него, а когда выходит актер театра кукол, то все внимание зрителей устремлено на куклу, самого актера часто не замечают…

– Да, иногда требуется, чтобы все внимание зрителя было направлено на куклу. В таком случае мы стараемся актера спрятать, чтобы он не становился неким смыслом в спектакле. Хотя существуют разные режиссерские решения: есть ситуации, в которых совсем не нужно прятать актера. К примеру, у нас есть спектакли, в которых актеры работают живьем или в тандеме с куклой, при этом кукловод является полноценным персонажем сказки.

 

Светлана Демцура