«Бал-маскарад» – опера Джузеппе Верди на либретто Антонио Сомма по сюжету Эжена Скриба. Любовные страсти и дворцовые интриги, шумный праздник и неминуемая трагедия – произведение считается одной из вершин творчества итальянского композитора.

На челябинской сцене спектакль поставил режиссер Мариинского театра, заслуженный деятель искусств России Иркин Габитов. Партию Рикардо исполнил Алексей Пьянков. Мы поговорили с ним о громкой премьере и об особенностях подготовки к спектаклю. Предлагаем вашему вниманию вторую часть состоявшейся беседы.

– В премьерном спектакле «Бал-маскарад» Рикардо и его возлюбленная Амелия поют о невозможности любви…

– Надо понимать, что в операх Джузеппе Верди любовь – это неземное. То, что не может быть в этом мире. Все влюбленные не будут рядом в этой жизни. Они всегда мечтают о счастье там, где-то за пределами Земли, в космосе, на небесах… Понимаете? Они говорят: «Мы не можем быть вместе… У тебя есть муж. И я не могу предать дружбу… Но мы потом, в дельнейшем, в следующей жизни будем счастливы».

Премьера оперы «Бал-маскарад» в Челябинском театре оперы и балета. Фото: Андрей Голубев

Так происходит и в «Аиде», и в «Травиате»… Какую оперу ни взять, всегда так. Есть переломный момент, есть боль и мучения. И Рикардо осознает всю невозможность возникшей любви. Он себе не позволяет разыграться вихрю чувств, не переходит грань дозволенного. В этом плане моего героя можно сравнить с герцогом Мантуанским, потому что есть схожие моменты.

– Какие?

– К примеру, в начале оперы, граф поет легкие куплеты, ведет себя легкомысленно. В этих сценах Рикардо и герцог похожи. Но в отличие от герцога Мантуанского, губернатор Бостона проявляет больше благородства, справедливости. В общих чертах мой герой положителен. Ведь даже в ситуации, когда он влюбляется в жену друга, он исправляет свою ошибку и пишет разрешение, позволяющее уехать Ренато и Амелии в далекую Англию. Таким образом, он отпускает их далеко за океан, не удерживает силой, дает возможность начать новую жизнь… Когда мы репетировали спектакль, Иркин Абдувалиевич подчеркнул: «В этой сцене Рикардо словно благословляет их, проявляя благородство души. Понимаете, здесь очень важно, чтобы зрители сопереживали герою, прощая его за земные пороки».

Репетиции спектакля «Бал-маскарад» под руководством режиссера-постановщика, заслуженного деятеля искусств России Иркина Габитова. Фото: Андрей Голубев

– Как проходили репетиции? Сколько длился постановочный процесс?

– В общей сложности, чуть больше месяца. Иркин Абдувалиевич приехал в Челябинск в конце августа. И мы сразу же погрузились в работу над материалом.

– Хватило ли времени?

– Месяц – это хороший срок для постановки. Этого времени, грубо говоря, даже много для оперной постановки. Ведь люди, которые встречаются на репетиционной площадке, – профессионалы. Их не надо с нуля учить петь, объясняя, как нужно работать с образом. Режиссер только направляет артистов. Так и получилось с «Балом-маскарадом». Иркин Абдувалиевич просто раскрыл в нас имеющийся потенциал.

Репетиции спектакля «Бал-маскарад» под руководством режиссера-постановщика, заслуженного деятеля искусств России Иркина Габитова. Фото: Андрей Голубев

Хочется отметить, что Иркин Абдувалиевич во время всего репетиционного процесса не уезжал ни на один день. Он работал ежедневно, был всегда с нами, держал руку на пульсе, контролируя каждый этап. И я думаю, что в этом тоже кроется успех премьерной постановки. Если режиссер вникает во все нюансы, то творческий коллектив начинает создавать крепкий продукт, который будет служить долго и не развалится через пару месяцев.

Премьера оперы «Бал-маскарад» в Челябинском театре оперы и балета. Фото: Андрей Голубев

– Развалится?

– Да. Понимаете, бывают ситуации, когда яркие, красивые спектакли с необычными сценическими решениями постепенно разрушаются из-за отсутствия крепкой внутренней идеи. В «Бале-маскараде», напротив, мы настолько ясно и четко все понимаем, что, пожалуй, спектакль будет очень долго жить на челябинской сцене. И даже вводящему режиссеру, на мой взгляд, будет очень просто, так как спектакль логично выстроен, каждое действие наполнено определенным смыслом, обосновано. Во время репетиций Иркин Абдувалиевич постоянно задавал один и тот же вопрос, обращаясь к тому или иному актеру: «Вот что ты сейчас делаешь? Кому ты это поешь? Зачем ты так поешь?». Он всегда просил обосновать свои действия, ведь каждое движение на сцене и звучащая музыка в спектакле должны быть обоснованы. Благодаря Иркину Абдувалиевичу мы разбирали каждое слово, произнесенное на итальянском языке.

– Алексей, у вас очень музыкальная семья. Мы знаем, что ваша супруга в премьерном спектакле «Бал-маскарад» исполнила роль Гадалки Ульрики. Комфортно ли вам работается на одной площадке?

Гадалка Ульрике (Дарья Аброськина в роли Ульрике). Фото: Марат Муллыев

– Очень комфортно! На самом деле, это удобно, здорово и для меня очень важно. Ведь мы вместе проводим время. И на семейные дела, заботы, хлопоты мы смотрим иначе, более адекватно, с пониманием – делаем все сообща, так как привыкли быть рядом, поддерживать друг друга в любую минуту. Я не представляю, как люди работают в разных организациях. Мне кажется, это очень сложно и неудобно, губительно для семейных взаимоотношений. В нашем случае, все сложилось идеально – нам нравится наша профессия, творческая работа, мы всем сердцем любим Челябинский театр оперы и балета, считаем его прекрасной площадкой для развития и профессионального роста.

Премьера оперы «Бал-маскарад» в Челябинском театре оперы и балета. Фото: Андрей Голубев

Что касается роли Гадалки, то она непростая. Понимаете, партию Ульрики обычно поют люди с опытом, которые «набили» себе репертуар и уже могут исполнить роль с ощущением прожитых лет. Эта роль считается возрастной. А моей супруге всего 29. Но тем не менее она прозвучала в спектакле достойно, ведь Дарья обладает свежим, звонким, большим, мощным голосом. Да и актерская работа Дарьи очень убедительна. Иркин Абдувалиевич от каждого из нас требовал результат. Возможно, поэтому каждое ее появление на сцене эффектное и запоминающееся. Роль Гадалки не такая большая, эпизодическая – всего два раза мы видим Ульрику. Но зато как она появляется в конце «Бала-маскарада»! Молния пронзает небо, и вот неожиданно возникает она – судьба, рок. И сразу становится ясно – нельзя идти против своей судьбы. Отличная режиссерская находка! Да, образ Ульрики, с одной стороны, эпизодический, а с другой – очень важный, он двигает процесс, он дает вкусовое качество всего, что произойдет дальше, он предзнаменует многие события.

– Для спектакля «Бал-маскарад» было создано более 200 костюмов. Алексей, что вы почувствовали, когда увидели свой костюм, эти декорации?

– Костюмы и декорации вызвали восторг! Они настолько качественно сделаны, со вкусом, до мелочей продуманы, красивы, что нет слов! Очень постарались наши цеха. На сцене вместе с правильно выставленным светом они смотрятся потрясающе.

Премьера оперы «Бал-маскарад» в Челябинском театре оперы и балета. Фото: Андрей Голубев

Что касается своего костюма, то я его увидел на примерке. И сразу же в голове сложился образ Рикардо. Признаюсь, когда я его надеваю, мой голос звучит еще ярче, я чувствую себя по-другому, губернатором Бостона, сразу же ощущаю статус, особое положение. Да и декорации помогают в работе, создают нужную атмосферу, и ты проникаешь в образ героя еще глубже.

– Партия Рикардо в «Бале-маскараде» требует определенных знаний, умений и мастерства. Расскажите о своих учителях, благодаря которым произошло ваше профессиональное становление.

– Мой педагог – это профессор Николай Николаевич Голышев. Ему 92 года. Он до сих пор преподает, и у него блестящий голос! Пользуясь случаем, я хочу выразить благодарность за те знания, которые он в меня вложил. Вообще в нашем театре много учеников Николая Николаевича: Дмитрий Никитин, Александр Сильвестров, Гузелия Шахматова и другие.

Николай Николаевич Голышев

Все его знают, все его очень любят! Я думаю, что если бы он меня услышал в роли Рикардо в спектакле «Бал-маскарад», он мог бы мной гордиться.

Автор: Светлана Демцура