Премьера спектакля Челябинского Молодёжного театра «Завтра была война» в постановке Александра Черепанова была долгожданным событием. Ведь сразу же вспомнилась читка, проведённая 26 мая 2020 года в формате он-лайн, где произошло знакомство с актёрским составом, была штрихами нарисована идея будущей постановки. Именно во время читки стало понятным, что акценты режиссёр расставляет на деталях: на взглядах, мимике, на скольжении рук, на движениях губ, на «острых», «колких» словах и долгих повисших паузах между ними. И в читке, и в спектакле нет суеты, массовых, масштабных сцен собраний партработников (даже с помощью видеоряда они не воссозданы, не демонстрируются зрителю). Всё достаточно минималистично, строго, камерно, сдержанно. И хотя «общественное» доминирует над «личным», на первый план всё же выходят переживания, мысли, сомнения, чувства Искры.

 

 

Пронзительный, проникновенный спектакль. Про любовь и про смерть, про честь и подлость. Про жизнь. Про сложное и обусловленное обстоятельствами взросление, про дружбу и предательство, про правду и ложь, про Есенина и Грина… Про презумпцию невиновности, про совесть, про общественное и личное счастье. А также про Истину и про то, нужны ли ей доказательства или достаточно просто веры.

 

Какие разные, реалистичные вышли герои, как талантливо актёры показали их характеры! Какими же честными и смелыми предстают перед нами эти мальчишки и девчонки, с какой страстью и самоотверженностью они борются за свои идеалы! А бороться было с чем: огромная часть жизни состояла из запретов, запугиваний и ограничений.

 

Особо хочется отметить Ольгу Завьялкову. Как органична, непосредственна, точна она в роли Искры! Как произносит каждую фразу, чеканит слова, горячо убеждает в своих идеях. Твëрдая и непреклонная, «закалённая» матерью-комиссаром идейная отличница.

 

Как уже было подмечено, режиссёр делает акценты на деталях… Волосы девятиклассниц, кроме волос Вики Люберецкой, туго заплетены в косы и убраны. Это полностью соответствует тексту книги Бориса Львовича Васильева: «И если Искра упорно носила две косички за ушами, как большинство девочек их класса, то у Вики была самая настоящая причëска, какую делают в парикмахерских».

 

 

Эта деталь сразу бросается в глаза, так как видно, что не только волосы у девочек туго «сплетены», но и мысли. Мысли «причёсаны» одинаково. Лозунгами партии. Собраны в косы так туго, что ни одна прядь не выскочит. Ни одна мысль не сможет «искрой» раздуть в голове пламя. С самого рождения общество «заботливо» вкладывает в головы людей единственно верную идеологию, инакомыслие не признаётся и жёстко карается.

 

Вика Люберецкая (Алёна Свиришевская) совсем другая. Она рассуждает и чувствует мир иначе. И когда Вика наедине беседует с Искрой, расплетая ей волосы, видно, как меняется Искра внешне и внутренне, как постепенно в голове происходит переосмысление ценностей. Как она учится критически оценивать события, задавать вопросы, не отождествлять себя с системой, отстаивать собственное мнение. Как она решается прочитать «упадочнического поэта», признать его талант, открывая для себя многомерность и неоднозначность жизни, выходящей далеко за пределы идеологических догм.

 

Драматичен конфликт Искры с матерью (Юлией Миневцевой), которая олицетворяет жёсткую систему и не приемлет никаких возражений, малейшего непослушания. Актрисы, играя на грани нервного срыва, держат в постоянном напряжении. «А человека вообще нет. Нет! Есть гражданин, обязанный верить. Верить!», – упорно твердит «железная» мать. Глаза у неё горят, испепеляя дочь, она искренне верит в партийные догмы и считает их смыслом всей жизни. Эти иллюзорные идеалы мешают ей понять, что проявление любви – это не слабость, что существует милосердие и сострадание, что человек черствеет без любви. Наблюдать за спорами матери и дочери безумно больно и сложно, но крайне важно.

 

 

В подобные моменты (моменты ссор, неприятностей, неурядиц) лично мне хочется, как и Искре, «спрятаться», убежать от трудностей, вжаться в угол и в темноте побыть одной. Неоднократно мы видим Искру, которая, как маленький зверёк, прячется от системы, переживает, украдкой плачет. Мы видим, как происходит трагедия, как рушится понятный и структурированный мир Искры. И вместе с этим миром рушится всё вокруг – крошится и облетает краска с кубов (геометрических фигур пространства сцены).

 

В спектакле отлично и интонационно, верно, звучит диалог об Истине. Действительно, что же это за Истина, если вокруг неё нужно спорить? Где абсолютные ценности в обществе? И в довоенном, и в послевоенном Советском Союзе пытались дать ответы на эти вопросы. И если задуматься над вопросом Истины, то центральным героем спектакля становится Люберецкий. Потому что только через его боль, жизнерадостность и красоту можно передать весь ужас совместного ритуального убийства, которое совершает общество ради непонятных девятиклассникам целей. И только через судьбу человека можно объяснить ужасы тоталитаризма, ужасы войны…

 

Как сильно ощущается трагедия, разделившая жизнь на «до» и «после», перечеркнувшая планы, мечты, судьбы. Как мощно с головой накрывает зрителя эта история, не оставившая шансов её главным героям на спокойное и беззаботное детство… Трагедия, которая закаливает ребят, заставляя их повзрослеть. Жаль, что жёстокие рамки советского режима, а вскоре и война стали бременем этих девятиклассников… И они вынуждены пройти этот тест на человечность, после которого в сердце остаются глубокие рубцы и раны.

 

Вот странная штука – жизнь, не так ли? Как один случай может все изменить. Через время, кажется, что все уже забыто, это все в прошлом, но та рана, она как шрам от глубокого пореза, не дает покоя в дождливые дни. Повернешься не так, или заденешь её рукой, и тут же боль пронзает тебя, не даёт шелохнуться. И вот тут ты вспоминаешь всё, что произошло и то, что не даёт покоя. Такие сильные эмоции позволяют находить ценностные и жизненные ориентиры. Спектакль об этом. О ранах, которые болят, о ценностях, о внутреннем жизненном компасе.

 

В спектакле многие взаимодействия героев построены посредством взглядов. Особенно запоминается взгляд Леонида Сергеевича, когда он возвращается домой, садится без сил, задумчиво произносит: «Счастье иметь друга, который не отречется от тебя в трудную минуту. А кто прав, кто виноват…». И Денис Саратников, и Антон Ремезов (играют два состава) так выразительно передают взглядом внутренние эмоции Люберецкого, что момент надолго врезается в память.

 

А ещё в памяти невольно всплыли воспоминания пятилетней давности. «Я же видела Екатерину Писареву в роли Искры. А Ивана Яковлева в роли Сашки!», – подумалось мне. И точно, в 2015 году Челябинский Молодёжный театр уже обращался к этому материалу (инсценировка Геннадия Касьянова). Я отчетливо помню, как под звуки военной сирены нас, зрителей, отправили в «бомбоубежище» – в пространство под сценой, где разворачивалось действие предвоенной драмы о выпускниках советской школы… И тот же Иван Яковлев произносил фразу: «Давай поцелуемся?».

 

Автор: Светлана Демцура

Фото: Игорь Шутов