С 7 по 12 сентября Челябинск захлестнет волна современного искусства: спектакли в непривычных локациях, эскизы, перформансы, выставки, концерты. Фестиваль современного искусства PULSE II, организованный Челябинским Молодежным театром, расширяет границы и приглашает гостей. Зрители будут погружаться, играть, взаимодействовать с актерами и друг с другом, становясь зачастую непосредственными участниками театрализованного действия.

Накануне фестиваля нам удалось побеседовать с художественным руководителем «PULSE», главным режиссером Молодежного театра Иваном Миневцевым.

– Почему фестиваль называется «PULSE»? Откуда такая любовь к кардиологической терминологии? И почему не «Тахикардия», не «Стенокардия», не «Аритмия»?

– Все, что вы перечислили, – это болезни. А фестиваль назван «PULSE», потому что существует время, оно постоянно изменяется, оно пульсирует. Как говорил мой мастер Евгений Борисович Каменькович, цитируя Андрея Александровича Гончарова, театральная эстетика меняется каждые пять-шесть лет. И очень важно чувствовать этот пульс, понимать, где твое место в этом ритме, где ты находишься. К тому же фестиваль выступает своеобразным маркером времени.

«Черный перформанс» на открытии Первого фестиваля-лаборатории «PULSE», режиссер – Иван Миневцев. Фото: Игорь Шутов

– И снова вопрос про название. В этом году фестиваль озаглавлен: «Я (не) ребенок». Кто и кому говорит эту фразу? Современные подростки родителям? К тому же в программе «Личное мнение» вы говорите о рефлексии на тему взросления детей и подростков, делаете акцент на том, как они идентифицируют себя в этом мире: «Кто я? Что я?». Это центральная тематика фестиваля?

– Поскольку у нас театр Молодежный, мы работаем с этой публикой: дети, подростки и их родители, – поэтому мы решили дать фестивалю такую тему. Но самое важное: мы говорим не только о подростках, но и с подростками вместе. К примеру, в рамках фестиваля запланирована выставка челябинских художников. Они совсем молоды: им по 16, по 19 лет. И мы работаем с ними, пытаемся в эту аудиторию транслировать то, что они нужны городу, миру искусства, что им необходимо развиваться, искать свое место… Место не только в плане работы, где они проявляют себя как творческие единицы, но и место в искусстве в широком его понимании. Мы прекрасно знаем, что все новое приходит с «новой кровью». Нельзя стоять на месте, радуясь прошлому. Необходимо всегда двигаться вперед, обращать внимание на то, что происходит вокруг, на тех юных людей, которые есть в городе. Поэтому тема «Я (не) ребенок» связывает и спектакли, и эскизы, и перформансы, и лабораторные работы, и другие фестивальные проекты. В общем, весь фестиваль пронизан этой темой.

– То есть можно сказать, что вы помогаете молодым?

– Да, мы помогаем молодым. Мы предоставляем площадки, решаем организационные вопросы, даем возможность воплотить в жизнь идеи, донести их до публики. К примеру, Анна Куликова и Анна Кизикова – это те люди, которых мы раньше не знали, та самая «новая кровь», которая пополнит «PULSE». Допустим, идея эскиза «Алое поле» (рабочее название, указанное в заявке, – «Ленин. Дети») сразу произвела на меня, на Татьяну Джурову и Милу Диневу огромное впечатление, так как мы понимали – это что-то нестандартное.

– В анонсе этого эскиза заявлена тематика, связанная с личностью Владимира Ленина. Что это будет?

– Я думаю, что в итоге получится какая-то полуисторическая, ироничная прогулка, которая, конечно же, о сегодняшнем дне. Ленин и дети… Вот почему-то у авторов проекта возникла такая ассоциативная связь… Какое отношение фигура Ленина имеет к современным детям? Одному Богу известно. Только то, что они рядом с памятником-мавзолеем на Алом поле тусуются? Наверное, только такое (смеется)… Может быть, кто-то, пройдя по этому маршруту, узнает что-то новое о Ленине, поймет, что здесь увековечен не простой дядька, а сам вождь мирового пролетариата. На мой взгляд, это «щекотный» и любопытный эксперимент! Фраза «Ленин очень любил детей» мне напоминает литературные анекдоты Хармса о том, как «Лев Толстой очень любил детей…». Что-то «щекотное» и цепляющее в этом есть определенно!

– На лабораторию «PULSE» поступило 30 заявок. Вы совместно с Татьяной Джуровой и Милой Диневой выбрали только две режиссерские идеи. Сложно было делать выбор? Единогласно ли было принято решение?

– Эти две идеи были выбраны единогласно. Признаюсь, главной проблемой составителей заявок оказалось неумение в полной мере описать свою режиссерскую концепцию и заполнить соответствующие документы.

Иван Миневцев. Фото: Григорий Сотников

Возможно, среди поступивших заявок были симпатичные идеи, но из-за их сумбурного описания нам было мало что понятно. Откровенно говоря, создавалось ощущение, что в голове у режиссеров царил хаос. К тому же были заявки уровня любительского театра. Лично по моей инициативе в программу были включены два эскиза: «Однажды летним днем» в постановке Павла Никитенко и фотопроект Радика Рябкова. Это был мой личный выбор. Я считаю, программа фестиваля должна быть разнообразной, интересной и насыщенной. Именно поэтому мы пытаемся играть на всех «полях»: на «поле» музыки, на «поле» живописи, на «поле» перформансов, расширяя границы фестиваля, синтезируя различные направления.

– Почему в ролике фестиваля звучит текст Джерома Сэлинджера «Над пропастью во ржи» из уст юного Виктора Согрина? Звучит напористо, по-взрослому…

– Мне показалось, что эта цитата очень близка, созвучна фестивалю. Хотя она в большей степени отражает мои личные мысли… Ведь я понимаю, что мы единственные в городе, да и в области, кто проводит фестиваль иммерсивного театра. Возможно, если бы не «PULSE», не были бы открыты имена… К примеру, в 2019 году был показан спектакль питерского театра Poe.Tri. «Театр. На Вынос» (режиссер – Максим Карнаухов, художник – Алексей Ершов), посвященный поэзии студента исторического факультета ЧелГУ Яна Любимова. А совсем недавно, читая интервью с Яном, подумал: «Надо же! Ведь я его совсем юным поэтом помню… Около общежития вместе с участниками спектакля читали его стихи. А сейчас у него интервью берут! Большим поэтом стал». Или, допустим, иммерсивный спектакль Алексея Тетюева «Animals» по мотивам «Звериных историй» Дона Нигро был показан на «PULSE», а этим летом он взял гран-при на фестивале «Наш кислород» в Белгороде. Отголоски первого «PULSE» слышны до сих пор!

Иммерсивный спектакль Алексея Тетюева «Animals» на Первом фестивале «PULSE» в Челябинске, 2019 г.

И когда я все это вспоминаю, то невольно прокручиваю в голове слова Сэлинджера. Ведь необходимость открытой рефлексии на этот счет мне кажется важной, и поэтому она звучит в анонсе.

– Можно ли утверждать, что «PULSE» позволяет людям, как говорит Сэлинджер, дать то, чего им не может дать их привычное окружение?

– Конечно! Искусство, а тем более современное искусство – это всегда выход за рамки привычного. Оно позволяет получить эмоции и впечатления, которые не может дать обыденная обстановка. Мир меняется. Ведь какие-то вещи устаревают, ветшают, изживают себя. И, конечно же, старое надоедает, хочется нового…

Иван Миневцев. Фото: Павел Швед

Растет новое поколение, черт возьми! Им уже не интересно то, что было интересно нам, ведь они по-другому мыслят, рассуждают. И мы, как театр, должны чувствовать их потребности, помогать реализовываться. Это наша миссия. Мы должны поддерживать молодое поколение. Ведь, стоит признаться, оно гиперталантливо!

– В афише привлекает внимание независимый театральный проект Вики Приваловой «Мам, привет». Это не спектакль в традиционном смысле слова, верно? Это выставка с документальным аудиогидом?

– Да, это не спектакль, это проект, который уже разошелся широко по России, он был номинирован на «Золотую маску» в качестве спектакля-эксперимента. В общем, много можно прочитать про этот проект в интернете. Я считаю большим достижением, что мы его привезли в Челябинск, потому что в свое время, когда он только-только появился, он вызвал дикий ажиотаж. «Мам, привет» Вики Приваловой стал открытием, культурным явлением для страны, глубокой рефлексией, которая позволяла погрузиться в свои переживания и мысли. Для челябинского зрителя это хорошая возможность прикоснуться к чему-то большому, по-настоящему интересному, к тому, чего он еще не видел, не испытывал.

– Иван Сергеевич, признайтесь, вы лично погружались в спектакль-игру «Questioning / Кто ты?»?

– Нет, раньше не погружался. Признаюсь, я очень давно хотел привезти в Челябинск работы Pop-Up театра (проект Семена Александровского). Стоит заметить, что этот театр является одним из лидеров жанра. Спектакль «Questioning / Кто ты?» – швейцарская франшиза с адаптацией петербургского театра. Поэтому данный спектакль можно с уверенностью назвать мировым проектом, любопытнейшей историей. Мне это показалось важным: весь мир играет в эту игру. Почему бы и нам в Челябинске не поиграть в нее?

– Но здесь есть определенный риск: участникам нужно быть раскрепощенными, чтобы с легкостью задавать / отвечать на вопросы.

– Думаю, проблем подобного рода не возникнет. Спектакль-игра и созданные условия располагают к диалогу. Зрители приходят в театр за впечатлениями, перед спектаклем будет возможность настроиться, подготовиться.

– Иван Сергеевич, вы сказали, что раньше не погружались в спектакль-игру «Questioning / Кто ты?». А вообще вы планируете принимать участие в фестивальных событиях в качестве зрителя?

– Обязательно! Конечно! Я постараюсь посетить все мероприятия «PULSE» и получить настоящее зрительское удовольствие. Ведь погружение в спектакли, эскизы, перформансы, посещение выставок – это такой кайф (улыбается)! Я уже нахожусь в предвкушении!

– В фестивальной программе заявлен видеоперформанс главного художника Челябинского Молодежного театра Антона Сластникова.

Антон Сластников

В анонсе значится: «Энергия театра так и просится вовне, за пределы стен, за все границы. Распахиваются окна, и мерцание, переливистый свет, музыка выливаются на улицу, на яблони вдоль Молодежного театра». Расскажите, как родилась идея «Яблоневого сада». Сам Антон Владимирович вызвался превратить привычную прогулку в нечто большее?

– Именно так и было. Антон захотел что-то сделать. Я, естественно, поддержал его идею, понимая, что для Антона это новый интересный опыт. Выход за пределы театра, буквально на улицу, станет отличным поводом превратить привычную дорогу в сон или воспоминание. Я уверен, что весь фестиваль будет бомбой, ну а проект Антона – прекрасным его украшением!

– Расскажите об эскизе спектакля «Однажды летним днем», который будет ставить режиссер Павел Никитенко при участии группы plateau и танц-художницы Дарьи Зиновьевой. Чем руководствовались вы, включая эту идею в фестивальную афишу? Кстати, Павел знаком челябинским зрителям по спектаклям студии-театра «Манекен»…

– Да-да, верно. А сейчас Павел является студентом Андрея Могучего. И мне показалось интересным, что он текст завязал с живой музыкой. Это будут, насколько я понимаю, перформативные практики, которые вплетены в ткань эскиза спектакля. Мне нравится, что будет живая музыкальная импровизация, некое перформативное существование в пространстве.

– Последний день фестиваля современного искусства «PULSE» – завершает перформанс «А я когда?» в вашей постановке. Вы его специально так назвали и поставили в самом конце программы?

– Нет-нет (улыбается)! Здесь заложен совсем другой смысл. У каждого из нас есть детские травмы, страхи, неприятные воспоминания, терзающие душу… «А я когда?» – это рефлексия на тему одиночества ребенка.

– В программе «Личное мнение» вы признались, что вам сложнее ставить иммерсивные спектакли…

– «А я когда?» – это больше движущаяся картинка, нежели иммерсивный спектакль. Некое ви́дение или виде́ние… Не знаю, что это, поэтому закрытие фестиваля я назвал «перформанс». Все очень просто: если не знаешь, как назвать постановку, – называй ее «перформанс», точно не ошибешься (смеется)

Автор: Светлана Демцура